 |
 
|
|
1000-летний Алматы?
БЕЗ ПЯТИ — МЕГАПОЛИС
— В будущем году Алматы исполнится 150 лет. Как вы относитесь к этому событию? — Есть предложения наших архитекторов — достаточно широкого плана. Не хотелось бы, чтобы акция была единовременной, подобно Году культуры, когда все надеялись, что это даст большой импульс культуре, а все, наверное, свелось к пышным мероприятиям, растрате денег не по назначению. Наши специалисты подготовили для акима Алматы программу форсированного развития города в русле 150-летия. Если взять юбилей за точку отсчета, то с этого момента Алматы должен продвинуться в глобальном развитии. Мы предложили определить стратегию развития города. Готовы посвятить этой дате научно-практический семинар, то есть — ряд акций, которые могли бы в стратегическом плане дать материал для анализа и рассуждений в акимате, отраслевых государственных структурах, которые, конечно, работают в этом направлении, наверное, для бизнесменов, в том числе для деятелей культуры. За это время город прошел ряд экономических и социальных формаций, пережил катаклизмы, серьезные землетрясения, сель. Необходимо заглянуть назад и решить, что делать дальше. — Стало заметно, что в городе стало как-то тесно, на дорогах угрожающие пробки. — Предел развития города действительно очень близок. Мировая практика показывает, что город хорошо управляем и развивается экологически грамотно, когда в нем от полу- до полутора миллионов жителей. По протяженности коммуникаций и инженерных условий такой город способен обеспечить своих граждан и часть приезжих. Тогда этот город — живой организм. Наш город скоро станет мегаполисом, с трудом управляемым, распадающимся на отдельные районы. Такая проблема уже остро стоит в Москве. Алматы эксплуатирует генеральный план развития, принятый еще в 30-х годах (разрабатывался в основном нашими специалистами, одним из участников проекта был архитектор Белоцерковский). Город рождается, растет, стареет. И чтобы он не умер, нужны серьезные мероприятия. — Есть города, которым 700-800 лет, у них все нормально. Может быть, воспользоваться их опытом? — Именно положительный опыт западных стран с рыночной экономикой может быть полезен Алматы. В этом смысле Нью-Йорк — не самый лучший пример. Плохо, что нет научно-исследовательских институтов в области градостроительства в Казахстане. Но даже если завтра приказом подобный институт учредить, вряд ли найдется достаточное количество кадров. Нужен хотя бы научно-методический центр республиканского уровня. Правда, раздаются голоса о реанимировании Госстроя, который в советское время нормировал все и вся. Возрождать старую бюрократическую схему в нашей рыночной системе? Не отношусь к сторонникам этой идеи. Более действенной была бы научно-практическая помощь серьезного научно-методического центра практикующим архитекторам. А у нас любовь к архитекторам просыпается под юбилей. — Как и любовь к горожанам. Современные застройки производятся без учета желаний граждан, часто с нарушением всех санитарных норм. — Любая городская структура должна создаваться гармонично, с участием людей. Горожане должны быть действующими лицами этого шоу. Еще в советское время в Прибалтике горожане ревниво оберегали старую центральную часть городов, куда не пускали даже машины. Трепетное отношение к таким местам воспитывает народ в целом. На Западе генеральные планы строительства, развития городов утверждаются муниципалитетами с участием больших комиссий от горожан, общественных организаций, деятелей культуры. Нужна работа с населением и сотрудничество власти с профессионалами — Союзами архитекторов, проектировщиками. Архитекторы не молчат, сам я неоднократно обращался через СМИ, предостерегая не строить в определенных местах, призывал привлекать профессионалов в планировании строительства особенно в сейсмоопасных зонах. Дилетантизм в этой области опасен. — Назовите хотя бы одну из роковых ошибок в застройке. — На Кок-Тюбе строятся 3-4-этажные дома, что категорически запрещено. Вырытые котлованы заполняются дождевой водой, слой глины «слабеет», на глубине 5-6 метров появляется жидкая глина. И она уже не может держать большие нагрузки. Строительство происходит без топосъемки, без геологических изысканий, без расчета конструкций будущих домов. — Не будем «о грустном» в предъюбилейном разговоре… Чем сегодня гордятся наши архитекторы? — В центральной части города все строится в основном профессиональными специалистами. Никто не бросит камень в наших инженеров, архитекторов, обладающих большим опытом и знаниями строительства в девятибалльной зоне. Мы могли бы валюту не только на нефти зарабатывать, но и экспортируя наши мозги, не вывозя их за рубеж, а предлагая собственный опыт. Такой уникальный опыт, например, как в области сейсмостроительства. И сюда бы приезжали учиться строить в девятибалльной зоне, как к тибетским ламам — медицине. Поводов для гордости было бы больше, если бы муниципалитет оставался более открытым для обсуждения городских строительных программ. — Какой уголок города нравится президенту Союза архитекторов Алматы? Где вам приятно расслабиться, насладиться городским пейзажем? — Для меня праздник в любое время года — выехать на Медео. А сейчас золотая осень, я бы уже не раз там оказался, но так занят, что только мечтаю об этом. Мы не уважаем свое предгорье, а это практически курорт. Такой уникальный ландшафт, не каждый город имеет подобное обрамление. Своих зарубежных коллег я как-то возил на Кок-Тюбе, потом в район Большой Алматинки, на Медео — все это за какие-то минуты, не отрываясь от города, видел восхищенные глаза моих зарубежных друзей-профессионалов. Но, к сожалению, мы не можем ухаживать за своими красотами: в горах грязно, замусорено, не умеем восстанавливать, благоустраивать лучшие уголки. Нам не хватает осознания, где мы живем: ни гражданами, ни нами — архитекторами, ни властными структурами. Но что касается особых мест в городе — старая часть Алматы наиболее дорога. Может быть, это ностальгическое отношение, но понятие «наш милый город» определяется квадратом от проспекта Ленина-Достык и до Ауэзова, до стадиона. Это и есть сердце Алматы: со старыми домами, улочками, скамеечками. Город без таких вещей — не город, а место проживания, вахтовый поселок. Живой город остается детям, внукам, которые привносят что-то свое. Битломания в большом городе — Вы откликнулись на нашу полосу «Битломания», решили высказать свое отношение к созданию мемориальной композиции памяти Джона Леннона или группы «Битлз» в целом. Мы очень рады, что наша акция привлекла внимание президента Союза архитекторов. — Идея того, что у нас будет зажжен свой огонек «Битлз», мне очень симпатична. Но именно живой огонек. Музыка прославленной группы — живая структура. Это не камень, в который хотят воплотить память о «великолепной четверке». Музыканты пели для людей, находя в них живой отклик. Особенно отрадно, что идея создания некоего памятного сооружения исходит от алматинцев, поколения «семидесятников», которые и ныне неравнодушны к явлениям культуры, облику города. Мне бы меньше всего хотелось превращать в кусок камня с табличкой или в «мужика» на коне с гитарой то, что для нашего и последующих поколений составляли битлы. Уровень нашей цивилизованности мы могли бы показать в идее этого сооружения: комплекса или какого-то уголка. Не берусь судить, что именно это будет. Мне представляется место, где будет часто звучать музыка, будут собираться люди, не только на улице, но и в помещении. Возможно, там возникнет фонотека со старыми пластинками — наверняка, у многих они сохранились. Неплохо, если будет предусмотрена эстрада для музыкантов, групп. Уверен, что музыка «Битлз», призывающая к разуму и красоте, будет жить еще много лет. Предлагаю сделать широкий открытый архитектурный городской конкурс. Большое количество людей могут подсказать массу оригинальных идей. Многие еще не знают о вашей инициативе. Но участие профессиональных людей в конкурсе даст возможность создать нечто оригинальное, то, что объединит горожан. За эту идею будут горячо биться сторонники, нужно лишь дать ей ход.
© Галина ГАЛКИНА
|
|
||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
