 |

|
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |

Творчество В.Н. Проскурина |
 |
 |
 |
 |
 |
 |

Творчество других авторов |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
|
|
 |
 |
|
 |
| «Очерки истории Алматы» |
 |
Краеведческие очерки В. Н. Проскурина
ПОКЛОНИТЕСЬ ЧОКАЮ
а прогулках по Берлину город интересен тем, что связан с прошлой моей жизнью,
с судьбой известных и забытых соотечественников, героев моих давних и новых очерков.
Берлин, он космополит, со всем миром связан, а с туркестанским-то прошлым далеко
не в последнюю очередь.
Если постараться обогнуть огромное поле аэродрома со стороны Колумбиядамм,
то мы окажемся среди тысячи могил, ухоженных и безымянных, на уютном мусульманском
кладбище Темпельхор (с 1988 г. закрытого для захоронений). Здесь мы находим
надгробный памятник туркестанцу Мустафе Чокаю.
Памятник поставлен женой Чокая Марией Гориной.
Мустафа Чокай один из руководителей Временного правительства автономного
Туркестана (так называемой «Кокандской автономии»). В 1920 г. идеолог
Алаш-орды Чокай вынужден был уехать за рубеж. В эмиграции через Турцию обосновался
во Франции. Выступал с докладами и публиковал исторические исследования и аналитические
обзоры в Стамбуле, Париже, Берлине, Лондоне, участвовал в издании ряда журналов и газет.
В материалах польской разведки, которые попали в нацистскую Германию, а затем в СССР
в так называемый Особый архив (ныне Центр хранения историко-документальных коллекций,
ЦХИДК) был обнаружен русский вариант мемуаров Чокая. Во время оккупации Парижа
германскими войсками Чокая арестовали по доносу о связях с английской разведкой, около
года содержали в Компьеньском лагере.
Через несколько дней после начала Великой Отечественной войны М. Чокая
освободили и интернировали в Германию, где ему было поручено формирование туркестанского
легиона из числа добровольцев и военнопленных. В письме к жене М. Гориной Чокай
пишет: «Я десятками километров пешком обхожу лагеря, силы на исходе, эти люди
обращаются ко мне и молят о помощи». Чокай предложил немцам вариант, который
мог бы облегчить участь пленных соотечественников. Как гласит текст обвинительного
заключения по делу 85 КГБ КазССР, Чокаем предполагалось подготовить в вузах Германии
кадры для будущего правительства Туркестанского государства и создать военные
формирования из пленных туркестанцев, которые должны были быть использованы
при подходе к границам Туркестана.
Во время посещения заключенных в одном из концлагерей Чокай заразился тифом
и был помещен в отель «Виктория», переоборудованный под инфекционный
лазарет. 27 декабря 1941 г. Чокай умер (согласно версии советской историографии
был отравлен своим ближайшим соратником) и 2 января 1942 г. похоронен
на мусульманском кладбище.
Покойтесь, воины Земли
Земля мусульманского кладбища Темпельхоф хранит молчание и о других эмигрантах.
В наши дни в Берлине три подобных кладбища. Самое старое, мохамеданское (оно же
исламское, турецкое, где хоронили с XVIII столетия османских послов и их близких),
пополненное павшими героями времен Первой мировой войны, к несчастью, оказалось
в советской зоне. И было уничтожено, так как здесь располагался танкодром.
Враги кругом враги
После смерти Чокая организацию национальных воинских и трудовых формирований,
национальной идеологии взяли на себя в годы войны Вели Каюмхан и в послевоенное время
Тахир Чагатай. Их рупором стала газета «Милли Тюркистан», а лозунгом дня:
«Русские, как красные, так и белые, наши враги». Между прочим, Туркестанский
национальный комитет провел Всемирный курултай, состоявшийся в мае 1944 г. в Вене.
В 1943 году было сформировано самостоятельное спецподразделение «Алаш»
под командованием А. Агаева, которое готовило агентов для заброски в Казахстан
с диверсионным заданием. 3 и 6 мая 1944 года две боевые группы «Алаша»
десантировались в Жилокасинском районе Гурьевской области. По замыслу немецкой разведки,
объединенная группа должна была установить связь с враждебными элементами и дезертирами
из числа местного населения для организации в тылу восстания, проводить диверсии
на нефтепромыслах и транспорте. Для ведения профашистской агитации в тылу группа была
снабжена 2864 листовками на казахском языке, типографским станком, набором шрифтов,
красками, готовыми клише антисоветских карикатур, а для легализации на территории
Казахстана имелось 130 чистых бланков и свыше 120 печатей различных госучреждений.
Операция, однако, была провалена радистом группы внедренного сотрудника НКВД.
Пять диверсантов были убиты в бою, девять захвачены живыми.
Опубликовано в газете «Новое поколение», 3 июня 2005 г.
|
 |